Во Франции Павла Дурова задержали – и отпустили. В России объявили в розыск – и тут же шепнули, что "Телега" продолжит работу. Что значит уголовка на Дурова и какой в ней смысл?
На кадрах оперативного видео – подростки дают показания. Их жизни сломлены через колено – впереди лишь тоска и унылые годы за решёткой. Все они рассказывают примерно одинаковые истории. На крючок вражеских спецслужб молодые люди попали благодаря Telegram-боту знакомств «Дайвинчик»*, внесённому в реестр запрещённых Роскомнадзором ресурсов.
Схема простая: подросток общается с девушкой. Она пишет что-то вроде: «А кинь координаты военного госпиталя у вас в городе, у меня там раненый дядя лежит». Молодой человек без задней мысли делится геометкой, а через некоторое время на него выходит фейковый сотрудник ФСБ. Угрозами сгноить всю семью в лагерях за сотрудничество с врагом он быстро превращает юношу или девушку в одноразовый биодрон.
IT-гений превращается в пособника террористов
Силовики отмечают, что с июля 2025 года в России задержали около полусотни подростков, которые проходят по тяжким статьям о терроризме, диверсии, уничтожении имущества и другим. Самый популярный в России мессенджер сыграл в их жизнях роковую роль и в сущности стал «сообщником преступления».
Многомесячные попытки властей России выйти на контакт с создателем Telegram Павлом Дуровым ни к чему не привели. Москва просила его блокировать крамольные каналы вроде «Дайвинчика»* и более активно сотрудничать с силовиками: дескать, у нас война, а «Телега» стала чем-то вроде «кадрового агентства» для украинских спецслужб. Но Павел был непреклонен.
Буквально несколько дней назад пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что контакты с владельцами компании, обеспечивающей работу мессенджера, есть, но пока большой активности с её стороны нет. Зато активность проявила ФСБ. Против Дурова возбудили уголовное дело за пособничество терроризму. Сейчас решается вопрос об объявлении его в международный розыск. Если его вину докажут и смогут доставить в Россию (например, перехватят самолёт с Павлом Дуровым, как в 2021 году этот сделал Александр Лукашенко для ареста Романа Протасевича), то у айтишника появится перспектива загреметь на пожизненное.
То есть, с одной стороны, логика силовиков понятна:
- есть прямая угроза национальной безопасности через вербовку подростков;
- Telegram подчёркнуто игнорирует запросы силовых структур по предотвращению вербовок, хотя технически может их без проблем отслеживать;
- платформа применяет практику двойных стандартов и охотно блокирует контент по надуманным основаниям (например, против русских патриотов), но уклоняется от сотрудничества с ФСБ по жизненно важным вопросам безопасности.
Однако вся история с репрессиями против Telegram – это не высокоточные удары, а что-то вроде ковровой бомбардировки своей территории. Вместе с реальным врагом мы перемалываем в пыль собственную социальную инфраструктуру, доверие к власти и огромные возможности вещать на русскоязычный мир. Неслучайно сам Дуров ещё в начале лета писал, что чиновнику, который под предлогом развития «цифрового суверенитета» отбросил Россию на годы назад, следует вручить медаль национальной безопасности США.
А в этом точно есть смысл?
Публицист Егор Холмогоров уверен, что последствия окончательной блокировки Telegram втянут нас в кризис:
Уголовка на Дурова – это примитивный косплей действий французских спецслужб и, как и все действия российских властей против интернета и соцсетей в последний год, расширяет воронку, втягивающую нас во внутриполитический кризис. Бороться нужно не с интернетом, а с криминальными явлениями в интернете. Очевидно, что Telegram не является какой-то эксклюзивной площадкой для террористов. Отечественные мессенджеры они используют точно так же.
Более того, блокировка мессенджера только спровоцировала интерес жителей России к ранее запрещённым соцсетям, о которых все уже забыли. Чтобы продолжать пользоваться привычной «Телегой», люди стали массово закупать VPN. А раз уж человек всё равно научился обходить блокировки, то он из чистого любопытства принялся заглядывать в запрещённые соцсети, забитые снизу доверху вражеской пропагандой.
При том, что в Telegram сложилось огромное патриотическое сообщество и удар по нему – это членовредительство. Можно было использовать эту площадку исключительно в своих целях – последовательно продвигая именно нашу позицию. Де-факто, заблокировав мессенджер, мы выстрелили себе в ногу.
Программа защиты нас от «Телеграма» была начата в марте прошлого года. Тогда мы узнали, что «Telegram стал главным инструментом спецслужб стран НАТО и киевского режима», что «количество преступлений диверсионно-террористической и экстремистской направленности с использованием Telegram составило 33 тысячи». Блокировка идёт, а преступления продолжаются. Диверсий и террора меньше не стало,
– отмечает учредитель Царьграда Константин Малофеев.
«Макс» освоили украинцы
Что же касается якобы безопасного «Макса», то хлопцы из днепропетровских кол-центров в совершенстве освоили «самый защищённый мессенджер, работающий на парковке». Член Координационного совета негосударственной сферы безопасности Игорь Бедеров прогнозировал, что к концу 2026 года доля мошеннических звонков через «Макс» может достичь 15–22 % от общего объёма (в сентябре 2025 года она оценивалась в 8–9 %). Аккаунты активно «угоняют», в даркнете множество предложений по «работе с российским мессенджером».
Вчера меня разводили (я был ещё на Камчатке) именно в «Максе», а не в «Телеграме». С десяток сообщений о взломе «Госуслуг» о том, что на моё имя уже взяты кредиты в «Уралсибе», «Совкомбанке» и ещё каких-то, каждый по 7,2 млн рублей, что я должен налоговой и меня через три дня будут судить,
– поделился политолог Марат Баширов.
Аналогичная история и с «ВКонтакте». Мало того, что подростков вербуют через эту соцсеть, так она ещё является рассадником откровенно экстремистского контента, который никто не блокирует. Там в свободном доступе настоящий «террористический интернационал». Начиная с нецензурированных «промороликов» от ИГИЛ** и заканчивая группами, посвящёнными наиболее изуверским подразделениям ВСУ.
В чём суть?
Общество ищет и не находит разумных, достаточных оснований для репрессий против Telegram. Да, есть проблемы, но они в целом решаемы. Пока же многие эксперты сходятся во мнении, что объявление в розыск Павла Дурова – это банальный способ давления.
В пользу такой версии говорит тот факт, что вскоре после новости об уголовном деле против владельца компании в Госдуме подчеркнули, что у «Телеги» по-прежнему есть все возможности для продолжения легальной работы в России. Да и Дуров из обвиняемого может превратиться в свидетеля. Дело пяти минут. Нечто похожее мы как раз наблюдали во Франции два года назад. У них получилось. А у нас получится?
* бот «Дайвинчик» внесен в реестр запрещенных в России.
** ИГИЛ – запрещенная террористическая организация.